marena99 (marena99) wrote,
marena99
marena99

Category:

О просветлении

Автор - izzida. Это цитата этого сообщения

Освобождение по своей природе очевидно, просто и естественно, как дыхание.
 
Многие случайно находят его и нетерпеливо отмахиваются, чтобы вернуться к своим бесконечным попыткам что-то постичь и сделать.
 
Но есть и те, в ком приглашение находит отклик.
 
К этим людям внезапно приходит понимание, и они с готовностью отказываются от любых поисков...
 
Даже от поисков того, что они прежде называли просветлением. 
 
ВВЕДЕНИЕ
 
Пока человек ограничен привычными рамками - то есть считает себя отдельным индивидуумом, живущим в мироздании, с которым приходится вести переговоры, - он спит.
 
В этом сне все его действия управляются законом противоположностей, согласно которому каждое так называемое позитивное действие в точности уравновешено негативным. Поэтому любые индивидуальные попытки улучшить жизнь, достичь совершенства или добиться личного освобождения автоматически нейтрализуются.
 
Глубоко обдумав и проанализировав эту ситуацию, мы понимаем, что до тех пор, пока человек живет в сновидении, ему суждено ходить по кругу. Совершив оборот, мы возвращаемся в исходную точку, и все с некоторыми вариациями повторяется снова. Как неволя, так и освобождение существуют только в нашем сознании, наслаждающемся мирозданием. Что бы человек ни думал о своей индивидуальности и свободной воле, в конце концов, становится ясно, что мы - всего лишь персонажи сновидения и наши реакции обусловлены набором исторически сложившихся и внушенных нам верований и убеждений.
 
В этот строго сбалансированный нейтральный циклический процесс, который является лишь слабым намеком на существование иной возможности, вписываются все религиозные системы, искусства и науки с их кажущейся тенденцией к прогрессивному развитию. С точки зрения подлинного освобождения здесь ничего не происходит. Все, что мы якобы создаем, будет якобы разрушено; все, что мы якобы разрушаем, будет якобы воссоздано.
 
Перейдя от своей изначальной безвременной природы в мир, определяемый сознанием, мы сами создали все эти мнимые обстоятельства и законы для того, чтобы вновь открыть, что единственная цель сна, в котором мы живем, - пробуждение. Это пробуждение происходит вне сна и времени, за пределами досягаемости любых личных усилий, путей, методов или верований.
 
СМЫСЛ
 
В раннем детстве у меня было ощущение, будто я живу в волшебном мире вне времени, где не нужно что-то делать или кем-то становиться... Неосознанное единство с мирозданием, бесхитростный восторг перед сущим. Мне кажется, нечто подобное ощущают большинство детей.
 
Однажды все это изменилось, и я вошел в мир разобщения и потребностей. Оказалось, что у меня есть вполне определенные папа и мама, имя и мнимый выбор делать то или это. Я переместился в мир пространства и времени, границ и исследований, усилий и манипуляций, погони за удовольствием и бегства от страданий.
 
Я принял все это и поверил, что таковы естественные условия моего существования.
 
А еще меня научили и убедили, что если я буду много трудиться, правильно себя вести, достигну успехов в выбранной или навязанной мне работе, женюсь, заведу детей и буду следить за своим здоровьем - это даст мне хорошие шансы стать счастливым.
 
Я более или менее преуспел во всем этом и нередко бывал доволен собой, но все-таки чувствовал, что от меня скрыто еще что-то существенное и неуловимое. Какая-то тайна.
 
Тогда я начал искать то, чего мне недоставало, в религии.
 
И опять мне сказали, что если я хорошенько постараюсь, - если буду соблюдать определенные правила, совершать необходимые ритуалы и обряды очищения, - то, в конце концов достигну «духовной реализации». Я с головой окунулся во все это, но все же не смог отыскать источник своей неудовлетворенности.
 
И вот в один прекрасный день, словно случайно, я вновь обрел тайну или, может быть, она вновь обрела меня. Невозможно толком объяснить, что произошло. Если это с чем-то и сравнимо, то с переполняющей тебя любовью и отчетливым осознанием непостижимости происходящего.
 
Откровение, сопутствовавшее этому состоянию, было настолько простым и в то же время настолько революционным, что от всего, чему меня учили и во что я верил, разом не осталось и следа.
 
Один из важных моментов состоит в том, что просветление совершенно не связано ни с попытками изменить свой образ жизни, ни с жизнью вообще. Необходимо полностью изменить свое понимание того, кто именно этой жизнью живет.
 
Ибо я сам изначально и есть то, что мне нужно. Что бы я ни искал, к чему бы ни стремился, как ни долог был бы список моих мнимых потребностей, все эти желания - всего лишь отголосок тоски по родному дому. А этот дом - единство с мирозданием, этот дом - моя истинная природа. Он находится прямо тут и представляет собой просто то, что есть. Никуда не нужно идти и никем не нужно становиться.
С того дня я принял это откровение и живу им, - и в то же время отверг и забыл его.
 
Конечно, невыразимое не передать в словах, поэтому здесь я пытаюсь лишь сформулировать свое понимание этого откровения. Я стараюсь объяснить, каким образом мои верования и представления о просветлении, о времени и о цели, а также попытки достичь духовной реализации могли непосредственно мешать осознанию этого единства, всегда открытого для прямого восприятия. Каким образом иллюзии разобщения, страха и вины отвлекают от свободы.
 
Я хотел бы показать, как это легко и естественно - расслабиться и открыться для свободы.
 
Воспринимать эту книгу как призыв к медитативной жизни или к «присутствию в текущем моменте» означало бы упустить самую суть.
 
Я рассказываю о качественном революционном сдвиге самовосприятия. Это не требует долгих витиеватых пояснений. Стоит лишь понять, о чем идет речь, и тема нашей беседы исчерпана.
 
Замечу сразу, что такие термины, как просветление, освобождение, реализация, свобода, единство и т. д., обозначают здесь одно и то же, - а именно абсолютное осознание человеком, кто он есть на самом деле.
 
Достигать нечего
 
В моем случае первый миг просветления или осознания, кто я есть на самом деле, не поддается описанию. Произошедшее даже нельзя назвать опытом или переживанием, поскольку подобное возможно лишь в тот момент, когда переживающий «исчезает».
 
Однако это событие сопровождалось осознанием, столь величественно простым и революционным по содержанию, что я преисполнился благоговения и чувства полного одиночества.
 
Одна из вещей, которые я понял, - просветление возможно лишь тогда, когда признаешь, что его нельзя достичь.
 
Учения, методики и пути, призванные вести к просветлению, только усугубляют проблему, которую они должны решать, поскольку укореняют человека в заблуждении, будто его «я» должно найти нечто, ранее ему якобы не принадлежавшее. Именно это заблуждение, укрепляющее осознание собственного «я», и поддерживает иллюзию того, что мы отделены от единого. Это - мнимая преграда, в существование которой мы уверовали. Это - сон об индивидуальности.
 
Мы подобны человеку, который находится в пещере и, желая выбраться наружу, все глубже и глубже вкапывается в гору, нагромождая позади себя камни, которые все больше и больше заслоняют солнечный свет.
 
Отчаянные попытки стать тем, кем я уже являюсь, могут привести только к одному: я без сил упаду на землю и отрекусь от дальнейших усилий. И в этом отречении кроется определенная возможность*. Но слишком велико искушение укрыться от свободы в сладком забвении борьбы. А борьба никоим образом не способствует освобождению.
 
Жизнь - не задание. Тут совершенно нечего достигать, кроме осознания, что достигать совершенно нечего.
 
Никакие усилия не помогут проявиться единству. Все, что для этого нужно, - скачок восприятия, новое видение, которое было присуще вам изначально, но не осознано.
 
Никто не становится просветленным
 
Раньше я верил, что некоторые люди обретают просветление, и это событие в чем-то подобно выигрышу главного приза в национальную лотерею. Счастливчику, сорвавшему джек-пот в этой игре, гарантировано вечное блаженство, полная непогрешимость и все мыслимые добродетели.
 
В своем невежестве я полагал, что такие люди получают в свое полное владение нечто такое, что делает их особенными, совсем непохожими на меня. Эта иллюзия утвердила меня в убеждении, будто просветление доступно только очень и очень немногим - необыкновенным, избранным индивидуумам.
 
Такие ошибочные представления основывались на некоем образе совершенства, сложившемся у меня в сознании. Я еще не понимал, что просветление совсем не связано с идеей совершенства. И мои ложные убеждения значительно укреплялись, когда я рассматривал свои воображаемые недостатки на фоне образа какого-нибудь «духовного героя».
 
Я чувствовал, что большинство людей понимает просветление подобным образом.
 
Конечно, всегда были и есть люди, которые поощряют в окружающих такие представления и заявляют, что сами-то они являются просветленными. Сейчас я понимаю: говорить об этом так же нелепо, как торжественно объявлять всему миру о том, что ты умеешь дышать.
 
С реализацией просветления обязательно приходит внезапное понимание: никто не становится просветлённым. Просветление просто существует. Им нельзя владеть, его нельзя достичь или завоевать, словно какой-то трофей. Всё вокруг пребывает в состоянии единства, а мы настолько увлечены поиском, что не замечаем его.
 
Люди, заявляющие о своем просветлении и принимающие соответствующую позу, просто не поняли парадоксальной природы этого явления. Они воображают, будто достигли некоего высокого состояния и теперь владеют им. Возможно, они действительно прошли через какое-то глубокое личное переживание, но оно никоим образом не связано с просветлением. Эти люди по-прежнему остаются заперты в своих индивидуалистических концепциях, основанных на личных ограниченных системах верований.
 
Нередко такие люди берут на себя роль «духовных учителей» или «просветленных мастеров» и притягивают к себе тех, кто испытывает потребность стать учениками или послушниками. Подобные учения, по-прежнему не выходящие за пределы замкнутого круга и закона противоположностей, неизбежно приводят к возникновению дистанции между «учителем» и его последователями. Ведь когда человек принимает на себя такую роль, то, прежде всего, возникает строгий запрет даже на само подозрение о наличии у него «человеческих слабостей».
 
С увеличением числа последователей возрастают и требования к исключительности мастера, а учение становится все более темным и запутанным.
 
Чем сложнее учение, тем больше дистанция между мастером и последователями, и многие ученики «преуспевают» в своей растерянности и послушании. В конце концов, участники этой ситуации либо проявляют безоговорочную покорность, либо разочаровываются в «мастере», либо пробуждаются и идут своим путем.
 
Примером печальных последствий таких «учений» может служить зародившееся в коллективном бессознательном мнение, будто бы обычный человек не способен по-настоящему осознать и реализовать даже такую естественную, простую и доступную вещь, как дыхание. 
 
Тому, кто полностью постиг и принял просветление, нечего продавать. У тех, кто делится своим пониманием, не возникает потребности приукрашивать себя или свой опыт. Нет у них и желания становиться «матерями», «отцами» или «учителями».
 
Идея об исключительности порождает кастовость; свободой же можно поделиться только с друзьями.
 
Из книги Тони Парсонса "Тайна, которой нет"

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments